Говоря о практике медитации, стоит разделить её на понятия светской и религиозной, а также западного и восточного понимания. Конечно, всё началось с религиозной медитации. Повторение молитв божествам или магических формул практиковалось с древнейших времен для достижения особого изменённого состояния сознания и соединения с Божественностью.
Впервые медитация упоминается в ранних Упанишадах (II-I тысячелетия до н.э.) как дхьяна – мысленное созерцание, сосредоточение на объекте для устранения колебаний сознания и достижения самадхи. В китайском буддизме термин дхьяна преобразовался в «чань» («чань-на»), в японском – «дзен», корейском – «сон», вьетнамском – «тхиен». В Палийском каноне (I в. до н.э.) говорится о буддийской медитации как пути к освобождению. В 653 году в Японии был открыт первый зал для медитаций, а около 1227 года Догэн, основатель японской школы Сото, написал инструкцию к дзадзен (японская медитативная практика в дзен-буддизме).
В восточной традиции практика глубокой сосредоточенности и, как следствие, устранения колебаний ума имела целью возвращение к «заводским настройкам» своей сущности, очищение от кармических зёрен – клеш, васан, омрачений, и в итоге – открытие в себе источника Абсолюта и его соединение с Вселенским Парабрахманом. До сих пор практика медитаций в восточном мире узко специализирована: только просветление и освобождение от океана страданий сансары, только хардкор! Управление стрессом и нормализация давления здесь идут как бонусы.
В западном мире также с древних времен были знакомы с практиками сосредоточенности. В Ветхом Завете есть понятие «хага» – вздыхать, шептать, размышлять, умственно созерцать. При переводе Торы на греческий слово «хага» трансформировалось в melete. А в латинской Библии оно уже звучит как meditatio. И вот в XII веке картезианский монах Гиго II впервые называет meditatio стадией перехода от чтения Библии к созерцанию и любовному уважению к Богу. В VI веке среди монахов-бенедиктинцев были приняты божественные чтения, Lectio Divina – сосредоточенное чтение Библии.
К практике медитации можно также отнести зикр (памятование имен Аллаха) и муракаба (самонаблюдение) в исламском суфизме. В восточном христианстве наиболее похожа практика исихазма – повторение Иисусовой молитвы.
Для верующего человека западной традиции метод медитации с самого начала был способом глубже проникнуть в суть священных писаний и приблизиться к Богу. Это не практика очищения или совершенствования для раскрытия природы ума, и уж точно не индивидуальная практика. Это признание несовершенства своей личности и приближение её к Божественному.
С развитием технического прогресса и естественно-научных знаний начинается постепенная секуляризация западного общества. Меняется видение места человека в мировом порядке, возрастает значимость личности и индивидуального развития. Вместе с тем в XVIII-XIX веках расцветает мистицизм и спиритизм. Несколько подуставшие от греко-латинской философии духовные искатели обращают свой взор на Восток. Изучение буддизма становится развлечением европейских интеллектуалов. К тому же, начиная с XVIII века активно переводятся санскритские тексты. Деятельность Теософского общества подогревает интерес к «мистическим» восточным практикам. С Фрейда и Юнга медитацию начали изучать психологи.
В первые два-три десятилетия XX века в Индии на волне национально-освободительного движения начинается возрождение йоги. Возникают основные школы, существующие и в настоящее время. Множество европейцев начинают ездить в Индию «за дхармой». А в 1950-1951 гг. происходит ещё одно событие, ускорившее духовную диффузию – аннексия Китаем Тибета, и, как следствие, эмиграция духовных лидеров тибетского буддизма. Теперь уже «дхарма» сама приходит на Запад, и в 1960-х годах вся Америка и Европа садятся в падмасану, чтобы медитировать.
В этот период религиозная медитация начинает адаптироваться под нужды западного человека, появляется новый, утилитарный вид медитации – светский. Их цель – расслабление, избавление от стресса и негативных эмоций, познание себя, духовный опыт.
Возникают новые школы, одна из самых известных – практика трансцендентальной медитации Махариши Махеш Йоги. Для культурно образованного и уж тем более для публичного человека того времени не медитировать даже как-то неприлично.
Во второй половине XX века медитативные техники прочно входят в жизнь западного человека и становятся предметом научных исследований. К началу 70-х гг. на английском языке было сделано более 1000 исследований по медитации!
В XXI веке новый всплеск интереса связан с трендом на осознанность (mindfulness), культом телесности (как ни странно) и необходимостью найти рабочие инструменты для противодействия стрессу современной жизни. Йога становится всё более популярной и всё менее традиционной, а медитация проникает в кабинеты психотерапевтов, в корпоративное обучение и клинические протоколы. В 2010-2020 гг. XXI века появляются приложения для смартфонов с guided meditation – медитацией, сопровождаемой голосом, а также программы, кастомизирующие медитацию в зависимости от физических параметров, факторов стресса, режима дня и прочих индивидуальных вводных.
По выражению одного из моих наставников, «йога – это соединение себя с самим собой». И медитация – самый эффективный инструмент для этого: доступный, простой, рабочий, не требующий физической подготовки, больших временных или материальных вложений. Только намерение, сила воли и вдохновение.
Галина Савина – преподаватель хатха-йоги и медитации. Куратор Школы управления стрессом. Выпускника учительского курса Университета йоги
